Здравствуйте, Гость
Регистрация| Вход
Внимание! При любом использовании материалов сайта, ссылка на www.ossetians.com обязательна!
Ирон Русский English





http://allingvo.ru/ АБХАЗИЯ - Apsny.Ru

Проект по истории и культуре Осетии и осетин - iriston.com iudzinad.ru



Rambler's Top100 Индекс цитирования

Комаев Руслан
< назад  Комментарии к статье (0)      Версия для печати

Руслан Владимирович Комаев 

(1947) 

Первый заместитель генерального директора НПО имени Лавочкина, 

Лауреат Государственной премии СССР 

 

// Космическому конструктору из Осетии Руслану КОМАЕВУ – 65 

 

… Руслану Комаеву, мальчишке из осетинского селения Ногир, было десять, когда мир облетела и ошеломила новость, аршинными заголовками запестревшая на газетных полосах: Советским Союзом запущен на орбиту первый в истории человечества искусственный спутник Земли. И – неполных четырнадцать, когда в эфире над космодромом Байконур прозвучало знаменитое гагаринское: «Поехали!..» 

 

Его поколение бредило космосом, жарко мечтало оставить свой след, след первопроходцев и первооткрывателей, «на пыльных тропинках далеких планет» – и было убеждено: яблоневые сады, цветущие в красных пустынях Марса – это вовсе не фантастика, а реальность если не завтрашнего так послезавтрашнего дня… И но, Руслан, сумел переплавить эту свою мальчишескую мечту о Космосе в Призвание и Судьбу. Первые сконструированные своими руками летательные аппараты «ставил на крыло» в детском авиамодельном кружке во Владикавказе, тогда еще – Орджоникидзе (одно время маленькому Русику даже приходилось ходить туда на занятия из Ногира и обратно пешком – а это, в оба конца, восемь километров). С золотой медалью окончил Ногирскую среднюю школу. Поступил сначала, по настоянию родных, на металлургический факультет СКГМИ. Зубрил сопромат, сдавал на пятерки экзамены и зачеты, но по ночам ему упрямо продолжали сниться звезды… И в 1970 году, с третьего курса, Руслан Комаев все-таки переводится в Московский авиационный институт – на факультет проектирования космических летательных аппаратов. И после защиты диплома, в 1974-м, получает распределение в знаменитое НПО им. С.А. Лавочкина – в одну из ведущих советских «кузниц» космической техники. 

 

Здесь Руслан Владимирович около 20 лет проработал в должности начальника производства (а начинал когда-то молодым мастером механосборочного цеха). Остался, несмотря ни на что, верен родному предприятию и в горькие для отечественной космической отрасли 1990-е годы, когда-то расходы на ее финансирование урезались до минимума, а многие трудившиеся в ней специалисты, устав от хронического безденежья и пренебрежительного чиновничьего равнодушия, уходили, хлопнув дверью, в бизнес или перебирались на работу за рубеж. А сегодня он, наш земляк Руслан Комаев – заместитель генерального директора легендарной «Лавки». Конструктор, под чьим руководством и при чьем участии было спроектировано, испытано и запущено на орбиту в общей сложности 205 космических аппаратов, «штурмовавших» Венеру и Марс, изучавших комету Галлея, ловивших «голоса» нейтронных звезд и «черных дыр», обслуживавших нужды отечественной «оборонки» и стратегических отраслей народного хозяйства страны. Лауреат Государственной премии СССР. Энтузиаст, преданно, до высокой и страстной одержимости влюбленный в свою сложнейшую и интереснейшую профессию – и при этом не теряющий крепких и теплых связей с родной Северной Осетией… Это – тоже «все о нем». 

 

Не раз становился Руслан Комаев и героем публикаций нашей газеты. А редакционный коридор уже не один год гордо украшает уникальный фотоснимок, который Руслан Владимирович когда-то подарил «СО»: цветная панорамная фотография ландшафта планеты Венера, сделанная в конце 1980-х годов одним из успешно опустившихся на ее поверхность советских космических аппаратов, которые проектировались при участии нашего земляка (кстати, именно за этот прогремевший на весь мир «венерианский» проект Руслан Комаев и получил Государственную премию СССР). И на днях мы снова позвонили Руслану Владимировичу в Москву, в его рабочий кабинет. Повод для чего был приятным и значимым вдвойне: сегодня, 20 июня наш земляк отмечает 65-летие. 

 

Звонком этим юбиляр был растроган и обрадован – это ощущалось даже по голосу. Смущенно и очень тепло поблагодарил редакцию за звучавшие в его адрес поздравления. А на вопрос о том, не собирается ли он нынешним летом приехать в родную Осетию в отпуск – отдохнуть, подышать горным воздухом, проведать близких, – ответил не без сожаления: «Пока вырваться из Москвы никак не получается – очень много работы…». 

 

– В октябре наше НПО имени Лавочкина тоже будет праздновать юбилей – 70-летие. И сейчас мы к этому событию вовсю готовимся. В том числе, приводим в порядок наш музей, где собраны модели и образцы космических аппаратов и другой уникальной техники, которая за эти 70 лет сошла с наших «стапелей». Реставрируем его экспонаты – многие из них, к сожалению, пришли в небрежение и обветшали за сложные для института «постперестроечные» десятилетия. Обновляем экспозицию… А я за эту работу как раз и отвечаю. Это – во-первых, – рассказывает Руслан Владимирович. – А во-вторых, к концу этого года, очень надеюсь, исполнится наконец моя заветная мечта: на территории нашего НПО откроется молодежный космический выставочный центр. Первый в России. Эту идею я «пробивал» уже давно, и два года назад строительство такого центра у нас началось. Сейчас оно уже выходит на финишную прямую. А задуман нами этот центр как уникальный выставочный комплекс, куда будут приезжать на экскурсии детвора и молодежь всех возрастов: от дошколят до студентов. И главная его «изюминка» в том, что практически всеми выставленными там действующими моделями космической техники можно будет «порулить». Посидеть в «почти настоящей» кабине легендарного гагаринского корабля «Восток», набрать на компьютере программу маршрута лунохода, самому взять манипуляторами пробу «марсианского» грунта… И задача всего этого – заново «зажечь» наше молодое поколение космосом, высокой романтикой его освоения. Ну, и в плане профориентационной работы с талантливой молодежью создание такого центра – тоже, я считаю, для российской космической отрасли очень немаловажное дело. 

 

– Сегодня в стране с самых высоких трибун звучит: ее, эту отрасль, государству необходимо всемерно поддерживать, возрождать ее мировой престиж. Потому что лидерские позиции нашего Отечества в изучении космоса за последние непростые двадцать лет по многим направлениям, увы, сильно пошатнулись… Ощущает ли НПО имени Лавочкина дуновение этого «ветра перемен»? И какие проблемы, на ваш взгляд, Руслан Владимирович, здесь сегодня для нашей страны – самые острые? 

 

– Прежде всего, как раз то, о чем я говорил – проблема кадров. Низкие зарплаты, хронический дефицит финансирования отрасли – все это за «постперестроечные» годы привело к тому, что профессия «ученого по ракетам» у молодежи в России стала непрестижной… С финансированием у нас сегодня лучше – это радует. Но как можно ждать урожая на голом месте, где десятилетиями ничего не сеяли? 

 

Сейчас у всех на слуху – огромная неудача с проектом «Фобос-Грунт», которым как раз наше НПО и занималось. Поливали нас со всех сторон, слышать эти упреки было, конечно, больно и обидно… И эта неудача еще раз подтвердила: сегодня нужно очень серьезно и целенаправленно готовить молодые кадры для российских космических программ. Чтобы была в отрасли крепкая преемственность поколений и опыта, чтобы она развивалась, уверенно шла вперед. Если мы действительно хотим видеть Россию в XXI веке передовой «наукоемкой» державой… 

 

– И – непременный для наших с вами интервью вопрос: а над какими новыми разработками трудится сейчас космический конструктор Руслан Комаев? 

 

– Уже скоро год, как успешно заработал еще один большой и совершенно уникальный в своем роде международный космический проект, к которому было подключено и наше НПО. Его кодовое название – «Радиоастрон», инициатор и руководитель этого проекта – Астрокосмический центр Физического института имени Лебедева Российской Академии наук, а участники – 20 стран мира. Если попросту и коротко, то его целью было создать специальную комплексную систему для астрофизических исследований дальнего космоса: далеких галактик, пульсаров, квазаров, «черных дыр», других мощных источников космических радиоволн. Наземно-космический интерферометр – так она называется. А один из главных сегментов этой системы – космический радиотелескоп с раскрывающейся параболической антенной – огромной, диаметром в десять метров. Над ней и над созданием космического аппарата «Спектр-Р», который прошлым летом вывел этот радиотелескоп на орбиту, мы и работали. Очень сложная, трудная была работа, заняла она десять лет. И, конечно, греет гордость за то, что мы с ней достойно справились и своей профессиональной чести не уронили. 

 

А еще очень хочется продолжить разрабатывать и совершенствовать дальше идею моего самоходного аппарата-марсохода, о котором в свое время рассказывала и ваша газета. И мечтается, чтобы колеса этого аппарата все-таки коснулись когда-нибудь «пыльных тропинок далеких планет». Ну, а получится ли – будущее покажет… 

 

Е.КОВАЛЕНКО, 

«Северная Осетия», 20.06.2012 

 

Источник: 

http://osetia.kvaisa.ru/1-rubriki/15-prazdnichnyj-tost/i-dostat-rukoj-do-zvezd/ 

 

 

 

Конструктор Комаев собрал дома марсоход 

Комсомольская Правда 

(24 Мая 2002) 

 

Уникальный аппарат, сделанный российским ученым буквально «на коленках», превосходит американские аналоги. 

 

 

Кабинет нынешнего первого заместителя генерального директора НПО имени Лавочкина Руслана Комаева похож на гостиную барского дома, где время от времени должен давать представления домашний театр. Одну половину занимает вполне пристойный для чиновника стол, уставленный телефонами, факсами и прочей бюрократической атрибутикой. Вторую скрывает плотный темно-коричневый занавес, который распахивают только для особо доверенных посетителей. 

 

За секретной шторой, когда Руслан Владимирович ее отдернул, обнаружилась отнюдь не барная стойка, а забавная такая машинка на пузатых колесиках. Марсоход! 

 

По пустыне - как по проспекту 

 

Несколько лет назад, когда прежде знаменитое НПО, где в советские времена создано множество аппаратов для исследования Луны, Марса, Венеры, начало разваливаться, Руслан Комаев взял отпуск на неопределенное время, снял в Химках старую двухкомнатную квартирку и вместе с двумя помощниками - Владимиром Шамаевым и Львом Ивкиным, теми самыми людьми, которых, по словам великого физика А. Г. Столетова, отличало «умение пилить буравчиком и сверлить пилой», - организовал в «хрущевке» сборочный цех. Пока другие делали карьеру, зарабатывали и теряли состояния, Комаев собирал марсоход... Не просто модель-игрушку, а самый что ни на есть действующий аппарат. Опыт-то, слава Богу, еще какой - Руслан Владимирович участвовал в создании самых знаменитых советских межпланетных станций. 

 

- Два года жена кормила семью, а я на собственные накопления и пожертвования знакомых бизнесменов строил, - гордо говорит нам инженер. 

 

Все продумано до мелочей. Вес десантного аппарата, который должен сесть на Красную планету, вместе с парашютом - около 300 кг. Сам марсоход - около 90 кг. Его длина - 80, ширина - 70, высота - 75 сантиметров. В таком аппаратике каждый грамм - на вес золота. Поэтому для изотопных источников тока энергии придумана особая хитрость - их запихнули в полые колеса.  

 

Колесиков - шесть, каждый - на независимой подвеске. При этом марсоход разгоняется до вполне приличной «марсианской» скорости - 6 - 8 км в час. Специальное автоматическое устройство остановит аппарат, если перед ним возникнет непреодолимое препятствие. Машина сдаст назад и будет искать новый путь. С помощью телекамеры мы будем видеть результаты этих поисков: узконаправленная антенна марсохода обеспечит радио и телевизионную связь с Землей и контроль за работой всей бортовой аппаратуры.  

 

Кроме приборов, позволяющих измерять скорость ветра и температуру на поверхности Марса, есть особая чувствительная рука, которая будет выносить на поверхность планеты сейсмические приборы и собирать образцы грунта.  

 

Проработать на Красной планете комаевское детище сможет целый год! (Американский марсоходик «Соджорнер», бродивший по Марсу в 1997-м, весил всего около 20 килограммов и «сдох» через месяц). 

 

Зачем ему это надо? 

 

Комаев - фанатик? О, несомненно! Еще какой фанатик! Фанатик самой высшей пробы! Романтический фанатик в сугубо неромантическую эпоху. Вот недавно стали наводить порядок в «лавке», сам глава Росавиакосмоса Коптев попросил Комаева вернуться, пост первого зама генерального предложил. Наделили чрезвычайными, по-военному грозными полномочиями. Кабинет просторный выделили. Сиди и жди команд. Квартира замечательно нарядная, с любовью сделанная, в 5 минутах ходьбы от работы. Машина. Дача в Березках, своими руками построенная. Жена - красавица. Сын - умница. Ну что еще тебе надо, Руслан Комаев?! Марс! Марс нужен Комаеву!!! 

 

Теперь в своем кабинете за занавеской Комаев с компанией ваяет сам межпланетный аппарат, который марсоход должен на планету «отвезти». Проблема только в одном - для запуска техники нужна ракета «Союз-2» с новым разгонным блоком. Ее, как вы понимаете, Руслан Комаев в малометражке не соберет.  

 

Но Комаев убежден: пройдет еще немного времени, и Россия снова вернет свои позиции в космосе. А по Марсу будет бродить его, комаевский, частный марсоход... 

 

Без нас американцы на Марс не полетят 

 

Американское правительство выделило 700 тысяч долларов на программу привлечения российских ученых к разработке проекта полета человека на Марс, которым занимаются сейчас в НАСА. Основными исполнителями «Проекта 2120» - такое название дано разработкам - станут сотрудники Научно-исследовательского центра им. Келдыша. Участвовать в проекте будут Институт космических исследований РАН, Институт медико-биологических проблем и завод «Звезда». С американской стороны в проекте задействованы корпорации «Боинг» и «Рокетдайм». Через два года должна быть разработана инфраструктура для осуществления пилотируемых межпланетных полетов. 

 

А пока осенью прошлого года на орбиту вокруг Марса был выведен американский межпланетный аппарат «2001 Марс Одиссей». Одним из основных приборов на этом аппарате стал гамма-спектрометр, который включает российский прибор «ХЕНД». Это устройство регистрирует нейтроны высоких энергий. Именно с его помощью можно ответить на ключевой для исследователей вопрос: есть ли жизнь на соседней планете? 

 

По данным, полученным «ХЕНД», уже удалось обнаружить гигантский район «вечной мерзлоты» площадью около 10 млн. кв. км вокруг Южного полюса Марса. Именно там, где есть вода, и будут совершать посадки первые экспедиции людей на Марс. Во-первых, здесь больше надежды отыскать если не разумных марсиан, то хотя бы живые микроорганизмы. Во-вторых, вода нужна экипажу космического корабля - ведь исследователям придется провести на Красной планете несколько месяцев. 

 

ОФИЦИАЛЬНО 

 

Еще недавно мы были первыми. Первыми сажали автоматические аппараты на Луну и Венеру. Первыми отправляли в путешествие по спутнику Земли луноходы и запускали станции на Марс. После потери в 1996 году автоматической межпланетной станции «Марс-96» в России свернули работы по проектированию и отправке в дальний космос автоматических научных станций. Нет денег... 

 

- Единственное, что сегодня у нас есть, - это... марсоход, собранный на коленках Комаевым, - развели руками в пресс-службе «Росавиакосмоса». - Когда стало понятно, что это не простенький макет, а аппарат, на самом деле способный передвигаться по поверхности Красной планеты довольно долго и выполнять научные исследования, государство взяло на себя оплату опытно-конструкторских работ. Собственно, Комаева и попросили вернуться в НПО им. Лавочкина, чтобы он смог уже на базе предприятия продолжать создание своего детища.  

 

Правда, - уныло объяснили космические чиновники, - мы понимаем, что государственных денег все равно не хватает на проведение полного объема работ. По-прежнему одна надежда - на разворотливость и энтузиазм Комаева. 

 

- Ну а если марсоход и станцию, способную его довезти до Марса, он соберет... 

 

- Мы сделаем все, чтобы подготовить ракету и запустить марсоход, - был горячий ответ. 

 

Евгений СТРИГУНОВ. 



 Комментарии к статье (0)      Версия для печати
 
Выдающиеся осетины