Здравствуйте, Гость
Регистрация| Вход
Внимание! При любом использовании материалов сайта, ссылка на www.ossetians.com обязательна!
Ирон Русский English





http://allingvo.ru/ АБХАЗИЯ - Apsny.Ru

Проект по истории и культуре Осетии и осетин - iriston.com iudzinad.ru



Rambler's Top100 Индекс цитирования

Басиева Чабахан
< назад  Комментарии к статье (2)      Версия для печати

Басиева Чабахан Михайловна  

(1917-1942) 

 

Учительница из Алагира, Северной Осетии. 

Во время фашистской оккупации осенью-зимой 1942 года мужественный патриот совей страны, коммунист, Чабахан Басиева и вся её семья были растреляны немцами за отказ сотрудничать с ними. 

 

«Я стану тобой для живых...» 

 

 
В небольшом городке Северной Осетии – Алагире каждый расскажет вам о Чабахан Басиевой, хотя ее нет среди живых уже больше 60 лет.  

Она родилась в ауле Цей, в семье дружной и работящей – старшая сестра четырех братьев, единственная и всеми любимая. Отец – Михаил Николаевич – был человек для своего времени удивительный. Родитель его, дед Чабахан, содержал огромную семью. Ему очень хотелось обучить грамоте хотя бы старшего сына Михаила, он даже решился продать наследственную ценность – разрисованные рога тура, но вырученных денег не хватило на дорогу до Владикавказа, не то что на учебу. Однако Михаил все же выучился грамоте – сам. И не просто выучился – овладел в совершенстве русским письмом, пристрастился к книгам. А когда обзавелся собственной семьей, в его небогатом доме из года в год росла своя библиотека – были в ней и Пушкин, и Толстой, и Достоевский, и Лермонтов, и Коста Хетагуров… Видимо, полной духовной жизнью жил Михаил Николаевич. Был у него и период увлечения толстовством – тогда горец-осетин покинул свой затерянный в горах Северного Кавказа аул и направился в Ясную Поляну, чтобы взглянуть на своего кумира «хоть одним глазком». И ему посчастливилось видеть и слышать Толстого. 

Михаил Николаевич помогал, как мог, своим неграмотным соседям, писал для них письма, прошения, был добр и великодушен. И детей своих учил доброте и любви. Советская власть дала возможность всем учиться – и дети Басиевых овладевали знаниями жадно и радостно. Словом, не хлебом единым жила эта семья. 

Пришло время – и все пятеро молодых Басиевых выпорхнули из родного гнезда, чтобы учиться дальше в городе. Уехала и Чабахан, поступила в Орджоникидзевский педагогический институт на отделение русского языка и литературы. 

Самостоятельная трудовая жизнь Чабахан началась в 1941-м, ей было тогда 24 года. В том же 41-м ее приняли в партию, она стала членом бюро Алагирского райкома комсомола. Она поспевала всюду... 

– Не длиннее ли у этой Чабахан сутки, чем у нас? – спрашивали люди. – А уж энергии ей наверняка отпущено больше, чем нам, даром что на вид такая хрупкая, на лице глаза одни видны. 

Когда пришла страшная война, оборвалась горячая, разнообразная вереница увлекательных занятий. Наступили другие заботы... Враг приближался к Алагиру. Скоро настали черные дни – немцы пришли в городок. 

Фашисты хотели доказать миру, что народам Северного Кавказа по душе нацистский порядок, что они обрадовались их приходу. Им надо было, чтобы это подтвердили публично хотя бы несколько представителей здешних народностей, и желательно, чтобы это были люди интеллигентные, пользующиеся уважением и доверием народа. Оккупанты в Алагире решили, что для их пропагандистских целей как нельзя лучше подходит Чабахан – осетинка, знающая немецкий, образованная и имеющая авторитет у местных жителей. К тому же они были уверены, что красивая девушка, понимающая толк в литературе, искусстве, изберет сотрудничество, если альтернативой ему будет смерть. А предлагали ей всего лишь работать в созданной оккупантами газете. Что стоит ей, Чабахан Басиевой, поклоннице Гете и Шиллера, воздать хвалу великой немецкой нации? Сам барон фон Кассен – «специалист по Кавказу» – вел переговоры с Чабахан: «Мы – интеллигентные люди, значит, найдем общий язык»… 

Раз, другой, третий его лимузин подкатывал к дому Чабахан и увозил ее на очередное собеседование. Но «общего языка» никак не получалось. И тогда в последний раз увезли Чабахан из дому, забрав одновременно ее 70-летнюю мать и младшего брата, которого оккупация застала дома случайно: комсомолец, лейтенант Красной Армии Тасолтан Басиев получил после тяжелого ранения разрешение долечиваться дома – болезнь и не позволила ему вовремя скрыться. Расчет «интеллигента» фон Кассена был на то, что страдания родных сделают Чабахан уступчивее. Но он не знал, что в этой семье честь превыше всего, а Чабахан хорошо знала, что не нужна ее матери жизнь, купленная ценой предательства. Не нужна была такая жизнь и ее брату. 

Вскоре фон Кассен распорядился пытать и Чабахан. 

Их казнили вместе – Чабахан, ее мать Тамару и брата Тасолтана. Это было в конце декабря 1942 года, незадолго до изгнания фашистских войск с Северного Кавказа. 

… Каждый раз, думая о жизни и смерти Чабахан Басиевой, я спрашиваю себя: могла ли она поступить иначе? Спасти свою жизнь, даже нет, не свою, ради себя она не поступилась бы ничем, но вот ради матери? Ради брата? Нет, иначе быть не могло. Так воспитали ее советская действительность и ее семья. 

А что дал ее подвиг? «Не велика ли цена»? – спросит кто-то. Но тогда, в 1942-м, весть о героической гибели Чабахан всколыхнула ее земляков, зажгла жаждой мести немало сердец, укрепила волю, силу духа. Для меня нет сомнения в том, что ее подвиг приблизил нашу победу над врагом, слившись с тысячами других подвигов, сделал ее реальной. 

Нравственный свет этого подвига дошел и до наших дней. Сегодня учительница Чабахан Басиева продолжает учить. Высоким нравственным идеалам. Гражданственности. Благородству. Преданности своей Родине. 

Улица, где жила Чабахан, теперь называется ее именем. Носит имя героини и алагирская средняя школа № 1, где она работала. Здесь бережно и с гордостью хранят память о ней. А я сегодня вспоминаю услышанный больше трех десятилетий назад рассказ учительницы истории Кимы Кацабеевны Теджеевой о том, как создавался в школе музей Чабахан. Дети разыскивали тех, кто знал ее, работал с нею, собирали их воспоминания. Появились в музее личные вещи Чабахан, ее фотографии, письма. Много помогли ребятам подруги Чабахан – учительницы Варвара Егоровна Бедеева и Мария Владимировна Рамонова. Дочь Варвары Егоровны Земфира Цахилова – актриса одного из московских театров – сыграла роль Чабахан в фильме «Последний снег», снятом в 1970 году на Северо-Осетинской студии телефильмов. 

Побывала я тогда, подготавливая материал, посвященный Чабахан Басиевой, и в краеведческом музее Алагира. Видела фотографию, где она запечатлена вместе с братом Тасолтаном, тем самым, с которым вместе погибла. Снялись перед самой войной. Молодые, красивые, счастливые лица. А рядом, на стене, была фотография другая – и на ней то ужасное, что увидели люди, когда откопали ров, в который наспех зарыли казненных Басиевых фашисты... 

Директор музея Борис Григорьевич Сопоев показал мне Указ Президиума Верховного Совета СССР: «За мужество и отвагу, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., наградить... орденом Отечественной войны 1-й степени Басиеву Чабахан Михайловну (посмертно...». Но я и по сей день твердо убеждена: ее подвиг всецело достоин много большего – высокого звания Героя Советского Союза... 

Мне хотелось как можно больше услышать о Чабахан, добавить к ее образу еще черточку, просто поговорить о ней. Поэтому, узнав, что в Москве живут два ее брата, я напросилась в гости к одному из них – Измаилу Михайловичу. Встретил меня высокий, совершенно седой человек, очень похожий на портрет своей сестры, приветливый и по-особому гостеприимный, как все осетины, где бы они ни жили. Измаил Михайлович прошел войну, немало повидал на своем веку, но когда речь заходила о сестре, он всегда волновался. И чувствовалось, что у этого мужественного человека слезы где-то очень близко. 

«Чабахан жива для нас всех, для меня, моей жены, моих детей. И если они выросли честными и бескорыстными – это и благодаря Чабахан, если в моем доме любят книгу – это от нее, от сестры, – говорил он. – Все ее любили, и свет ее души сохранился надолго и служит добру».  

 
Вспомнили мы тогда с Измаилом Михайловичем и поэму Даута Дарчиева, посвященную героине. Брат Чабахан читал мне ее и по-осетински, и по-русски – в переводе поэта Марка Максимова, тоже бывшего партизана. Еще одно признание в любви Чабахан, еще один плач по ней, еще одна клятва верности ее памяти… 

…Ах, девочка, полно. 

Оборвана нить. 

– Но я ведь бессмертна, меня не убить. 

– Прощай, Чабахан! 

Остаюсь за двоих. 

Я – ПАМЯТЬ, 

Я стану тобой – 

Для живых…... 

Чабахан Басиева причислена к тем, чьей памяти мы поклоняемся сегодня, чья жизнь – образец служения Родине, людям. Эта память для нас священна... 

 

Майя МЕРДЕНОВА.



 Комментарии к статье (2)      Версия для печати
 
Выдающиеся осетины